Прозрачное платье значительно эротичнее голого тела

КАК-ТО раз журнал "Лайф" додумался украсить обложку изображением элегантно изогнувшейся девушки с отчетливым намеком на сексапил. Было это в 30-е годы. За "Лайф" последовали другие журналы, и вскоре появились любители, покупавшие их только из-за обложек. Страницы с девушками выдирались из журналов и прикалывались (pin up) на стены мужских жилищ. И получили прозвище Pin-Up Girls.

Не следует думать, что красотки были голые. Ничего подобного! Девушки в развевающихся платьях, обнажающих ноги почти до середины бедер, смеющиеся красавицы, позволяющие лифу платья оголить плечи и соскользнуть почти до груди... Большинство половозрелых американцев мужского пола вслух осуждали открытые проявления сексуальности, но за закрытыми дверями никто из них не отказывался изучить детали веселой картинки девушки с задранной юбкой.

Художники из корпорации Coca-Cola перерисовывали один к одному фривольные фотографии. А иногда даже накладывали краски прямо на фото. Позже красоткам стали придавать черты голливудских звезд. И расширили границы допустимого: на некоторых картинках девичье тело прямо-таки просвечивает сквозь ткань строгого платья. И ни шагу дальше... Когда в 40-е годы огромное число американских мужчин ушло на фронт, на высшем армейском уровне было решено для поддержания гетеросексуальных настроений снабжать солдат порнографией. Но порнографией особого рода! На картинках из солдатских календарей и журналов не было "голых баб". Эротизм "пин-ап" проявлялся как бы невзначай: юбка цеплялась за ручку двери и рвалась, в розовых трусиках лопалась резинка, и они падали к туфелькам... Забавные сценки разыгрывались в знакомых декорациях маленьких американских городов, точные детали фона подчеркивали "реализм" пикантных ситуаций. Все это рождало ностальгию и желание как можно быстрее разбить врага и вернуться домой. К блондинкам...

Никогда, ни разу за весь бесконечно длинный век "пин-ап культуры" не было показано то, что есть у каждой девушки. Свет камина, насквозь пронзивший легкую ткань пеньюара, не открывал заветного "треугольника", но только намекал на него.

И дело тут не в стыдливости, а в чувстве стиля. И в умении по-настоящему обольщать. Ну разве может кого-нибудь обольстить голая тетка, например, на пляже в Серебряном Бору. Ведь в ней уже нет никакой загадки - у нее все видно.